Что общего между брызгами краски на холстах, "Красной книгой" Карла Густава Юнга и модернистскими текстами Гертруды Стайн? Книга американского философа и арт-критика Моргана Мейса ("Пьяный Силен", "Судьба животных") начинается с попытки расшифровать загадочный цикл картин "Великая долина", написанный Джоан Митчелл, одной из ключевых художниц абстрактного экспрессионизма, в добровольном изгнании во французском городке Ветёй, а затем превращается в головокружительное путешествие туда, где из боли, памяти и утраты рождается подлинное искусство. Проходя сквозь "словесные водовороты" Гертруды Стайн, вглядываясь в кувшинки Клода Моне и сопереживая героям Гуго фон Гофмансталя, Мейс обнаруживает, что Великая долина - недосягаемый край, из которого мы на самом деле никогда не уходили. Эта книга, полная парадоксов, юмора и меланхолии, ставит финальную точку в исследовании искусства как откровения, в котором за хаосом красок и слов внезапно обнаруживается истинный облик реальности.
Chto obschego mezhdu bryzgami kraski na kholstakh, "Krasnoj knigoj" Karla Gustava Junga i modernistskimi tekstami Gertrudy Stajn? Kniga amerikanskogo filosofa i art-kritika Morgana Mejsa ("Pjanyj Silen", "Sudba zhivotnykh") nachinaetsja s popytki rasshifrovat zagadochnyj tsikl kartin "Velikaja dolina", napisannyj Dzhoan Mitchell, odnoj iz kljuchevykh khudozhnits abstraktnogo ekspressionizma, v dobrovolnom izgnanii vo frantsuzskom gorodke Vetjoj, a zatem prevraschaetsja v golovokruzhitelnoe puteshestvie tuda, gde iz boli, pamjati i utraty rozhdaetsja podlinnoe iskusstvo. Prokhodja skvoz "slovesnye vodovoroty" Gertrudy Stajn, vgljadyvajas v kuvshinki Kloda Mone i soperezhivaja gerojam Gugo fon Gofmanstalja, Mejs obnaruzhivaet, chto Velikaja dolina - nedosjagaemyj kraj, iz kotorogo my na samom dele nikogda ne ukhodili. Eta kniga, polnaja paradoksov, jumora i melankholii, stavit finalnuju tochku v issledovanii iskusstva kak otkrovenija, v kotorom za khaosom krasok i slov vnezapno obnaruzhivaetsja istinnyj oblik realnosti.
