Как железные дороги связаны с эросом и смертью? Повлиял ли Лев Толстой на живопись Малевича? Какой город рисует Добужинский, иллюстрируя "Белые ночи" Достоевского? Что общего между "Лолитой" Набокова и пушкинской "Русалкой"? Откуда в стихах Хармса мотивы имяславия? И почему Шостакович положил на музыку графоманские вирши капитана Лебядкина? Бывают ли вообще в мире литературы и искусства "странные сближенья" или все взаимосвязи в нем логичны и закономерны? На эти вопросы отвечает в своей новой книге Ксана Бланк, расширяя, а в чем то и меняя традиционное представление о творчестве классиков.
Kak zheleznye dorogi svjazany s erosom i smertju? Povlijal li Lev Tolstoj na zhivopis Malevicha? Kakoj gorod risuet Dobuzhinskij, illjustriruja "Belye nochi" Dostoevskogo? Chto obschego mezhdu "Lolitoj" Nabokova i pushkinskoj "Rusalkoj"? Otkuda v stikhakh Kharmsa motivy imjaslavija? I pochemu Shostakovich polozhil na muzyku grafomanskie virshi kapitana Lebjadkina? Byvajut li voobsche v mire literatury i iskusstva "strannye sblizhenja" ili vse vzaimosvjazi v nem logichny i zakonomerny? Na eti voprosy otvechaet v svoej novoj knige Ksana Blank, rasshirjaja, a v chem to i menjaja traditsionnoe predstavlenie o tvorchestve klassikov.
