Он - талантливый скрипач, она - превосходная пианистка. Их совместная композиция должна прозвучать без фальши, но от ошибок никто не застрахован. Нежная история любви и дружбы в атмосферных декорациях старинной академии.Добро пожаловать в Академию изящных искусств! Барочное здание с винтовыми лестницами и тайными комнатами, окруженное туманным лесом - здесь, в Роузфилде, учатся только лучшие из лучших. Тристан один из них: голубые глаза, светлые кудри и необычайный талант скрипача. Как жаль, что Хейзел дала себе обещание с головой погрузиться в учебу и расследование таинственной смерти своей старшей сестры. Но чем дальше, тем очевидней: все нити ведут к Тристану...Покет большого формата с запечатанными клапанами, дополнительным контентом к книге, закрашенным обрезом и сияющей фольгой. Идеальный подарок для любителей качественных современных романов, которые хочется поставить в свой книжный шкаф на самое видное место."Он не просто играл: музыка отражалась на его лице, и казалось, все его существо воплощается в музыке, стремясь выразить то, что нельзя воплотить в слова".
On - talantlivyj skripach, ona - prevoskhodnaja pianistka. Ikh sovmestnaja kompozitsija dolzhna prozvuchat bez falshi, no ot oshibok nikto ne zastrakhovan. Nezhnaja istorija ljubvi i druzhby v atmosfernykh dekoratsijakh starinnoj akademii.Dobro pozhalovat v Akademiju izjaschnykh iskusstv! Barochnoe zdanie s vintovymi lestnitsami i tajnymi komnatami, okruzhennoe tumannym lesom - zdes, v Rouzfilde, uchatsja tolko luchshie iz luchshikh. Tristan odin iz nikh: golubye glaza, svetlye kudri i neobychajnyj talant skripacha. Kak zhal, chto Khejzel dala sebe obeschanie s golovoj pogruzitsja v uchebu i rassledovanie tainstvennoj smerti svoej starshej sestry. No chem dalshe, tem ochevidnej: vse niti vedut k Tristanu...Poket bolshogo formata s zapechatannymi klapanami, dopolnitelnym kontentom k knige, zakrashennym obrezom i sijajuschej folgoj. Idealnyj podarok dlja ljubitelej kachestvennykh sovremennykh romanov, kotorye khochetsja postavit v svoj knizhnyj shkaf na samoe vidnoe mesto."On ne prosto igral: muzyka otrazhalas na ego litse, i kazalos, vse ego suschestvo voploschaetsja v muzyke, stremjas vyrazit to, chto nelzja voplotit v slova".
