В книгу Игоря Золотусского, выдающегося литературного критика и публициста, лауреата литературной премии Александра Солженицына, вошли эссе, статьи, интервью, в которых автор размышляет о пути современной России, о роли интеллигенции "старой школы" и нынешней - "первого призыва". Герой романа Тургенева "Отцы и дети" Базаров "...был нигилист "первой свежести", - пишет автор во вступлении к книге. - Потому что строгость суждений распространял не только на господ эксплуататоров, но и на себя... Такие, как он, отрекались от комфорта, от больших денег и игр с совестью. И их стоило за это уважать... С тех пор минуло много лет и облик нигилиста сильно изменился... Что же такое "вторая свежесть"? Как известно из романа Булгакова "Мастер и Маргарита", это тухлая осетрина. Она издаёт дурной запах, она гниёт. И недалёк тот час, когда она достигнет "свежести третьей", то есть, если применить эту метафору к нигилистам нового времени, сойдёт со сцены. Не хотелось бы на их обличения отвечать обличениями. Не хотелось бы предсказывать, что будет с ними лет через десять-пятнадцать. Все мы люди, и жизнь у нас одна. И никому не поздно сказать себе: я был не прав".
V knigu Igorja Zolotusskogo, vydajuschegosja literaturnogo kritika i publitsista, laureata literaturnoj premii Aleksandra Solzhenitsyna, voshli esse, stati, intervju, v kotorykh avtor razmyshljaet o puti sovremennoj Rossii, o roli intelligentsii "staroj shkoly" i nyneshnej - "pervogo prizyva". Geroj romana Turgeneva "Ottsy i deti" Bazarov "...byl nigilist "pervoj svezhesti", - pishet avtor vo vstuplenii k knige. - Potomu chto strogost suzhdenij rasprostranjal ne tolko na gospod ekspluatatorov, no i na sebja... Takie, kak on, otrekalis ot komforta, ot bolshikh deneg i igr s sovestju. I ikh stoilo za eto uvazhat... S tekh por minulo mnogo let i oblik nigilista silno izmenilsja... Chto zhe takoe "vtoraja svezhest"? Kak izvestno iz romana Bulgakova "Master i Margarita", eto tukhlaja osetrina. Ona izdajot durnoj zapakh, ona gnijot. I nedaljok tot chas, kogda ona dostignet "svezhesti tretej", to est, esli primenit etu metaforu k nigilistam novogo vremeni, sojdjot so stseny. Ne khotelos by na ikh oblichenija otvechat oblichenijami. Ne khotelos by predskazyvat, chto budet s nimi let cherez desjat-pjatnadtsat. Vse my ljudi, i zhizn u nas odna. I nikomu ne pozdno skazat sebe: ja byl ne prav".
