Ольга Александровна Воейкова всю жизнь писала письма. В этой книге собраны самые последние из них, за 1934-1936 годы, когда не только заметно ухудшалось ее здоровье, в частности зрение, но сама жизнь в стране, даже в привилегированном Ленинграде, становилась все труднее и опаснее для людей ее круга. По сравнению с предыдущими, уже опубликованными письмами (за 1927-1933 годы), ее послания, обращенные к детям и внукам в эмиграции в Китае, значительно короче и менее содержательны. Они, к счастью, дополняются теми, которые она писала младшей своей дочери, жившей в Москве. Сугубо семейная переписка, тем не менее, позволяет читателю многое узнать о повседневных заботах, бытовых трудностях населения и гнетущей атмосфере, в которой все жили. Страшные события тех лет: убийство Кирова в декабре 1934 года и последовавшие репрессии, в частности аресты и высылки, коснулись не только многочисленных друзей, но и членов семьи.
Olga Aleksandrovna Voejkova vsju zhizn pisala pisma. V etoj knige sobrany samye poslednie iz nikh, za 1934-1936 gody, kogda ne tolko zametno ukhudshalos ee zdorove, v chastnosti zrenie, no sama zhizn v strane, dazhe v privilegirovannom Leningrade, stanovilas vse trudnee i opasnee dlja ljudej ee kruga. Po sravneniju s predyduschimi, uzhe opublikovannymi pismami (za 1927-1933 gody), ee poslanija, obraschennye k detjam i vnukam v emigratsii v Kitae, znachitelno koroche i menee soderzhatelny. Oni, k schastju, dopolnjajutsja temi, kotorye ona pisala mladshej svoej docheri, zhivshej v Moskve. Sugubo semejnaja perepiska, tem ne menee, pozvoljaet chitatelju mnogoe uznat o povsednevnykh zabotakh, bytovykh trudnostjakh naselenija i gnetuschej atmosfere, v kotoroj vse zhili. Strashnye sobytija tekh let: ubijstvo Kirova v dekabre 1934 goda i posledovavshie repressii, v chastnosti aresty i vysylki, kosnulis ne tolko mnogochislennykh druzej, no i chlenov semi.
