В кино мысль совпадает с движениями, а движения оказываются неотделимы от мысли, но не всегда безостановочно. Черпая сюжеты из литературы, кино оказывает обратное влияние на дальнейшую историю литературы и культуры в целом. Кинотекст в большей степени, чем обычный вербальный текст, вовлечен в процесс межкультурной коммуникации. Исходя из динамичной природы кино, автор последовательно раскрывает ключевые аспекты визуализации мыслительной деятельности в прошлом и специфику таковой деятельности на современном этапе. Исходя из положения, что текст культуры может быть выражен как на "естественном языке" своего происхождения, так и на языках различных других видов искусств, рассматривается ключевой для отечественного кинопроизводства крымский кинотекст как субтекст крымского текста русской культуры.
Для культурологов и литературоведов, специалистов кинопроизводства, студентов и аспирантов творческих вузов, начитанных кинозрителей как таковых.
V kino mysl sovpadaet s dvizhenijami, a dvizhenija okazyvajutsja neotdelimy ot mysli, no ne vsegda bezostanovochno. Cherpaja sjuzhety iz literatury, kino okazyvaet obratnoe vlijanie na dalnejshuju istoriju literatury i kultury v tselom. Kinotekst v bolshej stepeni, chem obychnyj verbalnyj tekst, vovlechen v protsess mezhkulturnoj kommunikatsii. Iskhodja iz dinamichnoj prirody kino, avtor posledovatelno raskryvaet kljuchevye aspekty vizualizatsii myslitelnoj dejatelnosti v proshlom i spetsifiku takovoj dejatelnosti na sovremennom etape. Iskhodja iz polozhenija, chto tekst kultury mozhet byt vyrazhen kak na "estestvennom jazyke" svoego proiskhozhdenija, tak i na jazykakh razlichnykh drugikh vidov iskusstv, rassmatrivaetsja kljuchevoj dlja otechestvennogo kinoproizvodstva krymskij kinotekst kak subtekst krymskogo teksta russkoj kultury.
Dlja kulturologov i literaturovedov, spetsialistov kinoproizvodstva, studentov i aspirantov tvorcheskikh vuzov, nachitannykh kinozritelej kak takovykh.
