Роман "Вольтерьянцы и вольтерьянки", которому Василий Аксенов дал подзаголовок "Старинный роман", удостоен премии "Русский Букер". Действие происходит в шестидесятые годы ХVIII века, "века галантного", когда предполагается встреча Ея величества Екатерины Второй и филозофа и вольнодумца Вольтера. Посланник императрицы интриган граф Фон-Фигин ведет с великим мыслителем беседы отнюдь не только философского толка.
В лучших традициях приключенческих романов два удалых рязанских повесы, охраняющих Вольтера и во Франции называющих себя Николя и Мишель, попадают в немыслимые переделки, выходят из них с честью и все - ради внимания двух молоденьких близняшек-курфюрстиночек. Реальность и мистика, исторические личности и созданные воображением автора персонажи, оживающие картины и магистр черной магии, дипломатические козни, нешуточные страсти, драма нестареющих вольтеровских идей.
Из медальона на Вольтера смотрел младой лик Софьи-Фредерики Августы Анхальт-Цербстской, ныне Екатерины Второй, Императрицы Всея Руси. "Боже! Месье! Прости мне мои жалкие вольности! Приемлю твой знак, Всемилостивейший и Всемогущий!" Он упал на одно колено - нитки на штанишках чуть-чуть треснули под коленом - и прижал свои сухие губы к нижней части портрета, где мастерски были выписаны складки ткани и грудь, розовеющая, как утренняя заря. "О августейшая, лишь моя столь очевидная семидесятилетняя юность мешает мне в мечтах облобызать твои щедрые руки!"
Василий Аксенов
Roman "Volterjantsy i volterjanki", kotoromu Vasilij Aksenov dal podzagolovok "Starinnyj roman", udostoen premii "Russkij Buker". Dejstvie proiskhodit v shestidesjatye gody KHVIII veka, "veka galantnogo", kogda predpolagaetsja vstrecha Eja velichestva Ekateriny Vtoroj i filozofa i volnodumtsa Voltera. Poslannik imperatritsy intrigan graf Fon-Figin vedet s velikim myslitelem besedy otnjud ne tolko filosofskogo tolka.
V luchshikh traditsijakh prikljuchencheskikh romanov dva udalykh rjazanskikh povesy, okhranjajuschikh Voltera i vo Frantsii nazyvajuschikh sebja Nikolja i Mishel, popadajut v nemyslimye peredelki, vykhodjat iz nikh s chestju i vse - radi vnimanija dvukh molodenkikh bliznjashek-kurfjurstinochek. Realnost i mistika, istoricheskie lichnosti i sozdannye voobrazheniem avtora personazhi, ozhivajuschie kartiny i magistr chernoj magii, diplomaticheskie kozni, neshutochnye strasti, drama nestarejuschikh volterovskikh idej.
Iz medalona na Voltera smotrel mladoj lik Sofi-Frederiki Avgusty Ankhalt-Tserbstskoj, nyne Ekateriny Vtoroj, Imperatritsy Vseja Rusi. "Bozhe! Mese! Prosti mne moi zhalkie volnosti! Priemlju tvoj znak, Vsemilostivejshij i Vsemoguschij!" On upal na odno koleno - nitki na shtanishkakh chut-chut tresnuli pod kolenom - i prizhal svoi sukhie guby k nizhnej chasti portreta, gde masterski byli vypisany skladki tkani i grud, rozovejuschaja, kak utrennjaja zarja. "O avgustejshaja, lish moja stol ochevidnaja semidesjatiletnjaja junost meshaet mne v mechtakh oblobyzat tvoi schedrye ruki!"
Vasilij Aksenov
